Мама. Слово кажется чужеродным, когда срывается с моего языка. Я не отрываясь смотрю на экран, на котором темноволосая женщина склоняется над уже бездыханным телом, а после скрывается с места происшествия. Отрывок повторяется снова и снова, позволяя мне рассмотреть в деталях и лицо женщины, и другие мелочи. Мне хочется кричать, что это подделка. Хочется выпустить на свободу алый хаос моих сил, но я лишь сильнее впиваюсь ногтями в свои ладони. Я-то помню тебя доброй и понимающей, мама. Я помню твои теплые руки, когда ты заплетала мои волосы, помню твой мягкий и успокаивающий голос - ты всегда пела мне колыбельные, если из-за кошмаров я не могла уснуть.
И ты должна быть мертва. Бомба Старка убила тебя.
Видимо, этого недостаточно.
После Альтрона и Соковии, у меня и Пьетро взяли образцы крови для внесения в базу Щ.И.Т.'а. Каково же было общее удивление, когда помимо очевидного совпадения с Магнето, выявилось ещё одно - так и не раскрытое убийство политика небольшого государства в восточной Европе, который мешал некоторым личностям с определенной властью. В распоряжении разведки было лишь довольно размытое видео и частички кожи с орудия убийства, но твой образ всё ещё слишком яркий в моей голове. Я не могла не узнать тебя. Запись датируется тем же годом, когда мы с братом попали в плен к Г.И.Д.Р.'е. Ты знала об этом? Или тебе просто всё равно?
Поверь мне, я найду тебя, Ведьма. Так ведь тебя называют? Вот только, ведьма из нас двоих только я.
Я помню всё. И я никогда не смогу простить тебя.

Перво-наперво, давайте мы немножечко подвинем канон второй Головоломки. Мы с Гневом предлагаем вам быть нашей единственной и любимой дочерью со всеми вытекающими из этого отношениями. Впрочем, чисто сладкой и сахарной истории тоже не видим, конфликтов можно придумать бесчисленное количество по взаимному желанию. В любом случае, мы с отцом будем сильно любить тебя, и иногда перебарщивать с заботой, уже прости стариков.

В Братство Роуг приводит Мистик. Эрик закатывает глаза: слишком много молодёжи с учётом недавно присоединившихся Алой Ведьмы и Ртути, слишком много переменных — сегодня они хотят одного, назавтра их приоритеты могут смениться. Но отказать Мистик он не может, да и способности Роуг — не то, от чего можно просто так отмахнуться. В конце концов, девчонка отлично себя демонстрирует в его борьбе со всем миром. За её показной грубостью скрывается нежная и ранимая натура, а наблюдая за тем, как Мистик носится с ней, словно с родной дочерью, Магнето непроизвольно вспоминает собственную семью. Ту, которую у него отняли.

Его война с человечеством заканчивается быстро и весьма позорно. Команда мутантов под руководством Чарльза Ксавье разбивает Братство, а Эрика отправляют в стеклянную тюрьму. Человеческую, разумеется. Он натурально гниёт там, напичканный препаратами, которые медленно лишают его рассудка и воли к жизни, пока те же самые Люди Икс под руководством того же самого Чарльза не приходят, чтобы вытащить его. (Как впоследствии окажется, чтобы вести род мутантов к процветанию.)

В следующий раз он встречает Роуг уже в Школе для одарённых подростков, частью Людей Икс. Признаёт, что геройство ей к лицу, как и медленно отрастающие волосы и новый, более женственный образ. Она так забавно прячется от него по всему особняку, неспособная решить, стоит ли подойти и объясниться или делать вид, что она никогда не была частью Братства, что однажды, столкнувшись в коридоре, Магнус шутит: «Уверен, они сожрут тебя с потрохами, если ты хотя бы заговоришь со мной». Начавшаяся после этого игра в гляделки его веселит. (Иногда Магнето ловит себя на том, что Роуг ему симпатична, и, будь он моложе, он бы точно… Нет, плохие мысли, которым точно нельзя давать право на жизнь.)

Не веселит разворачивающаяся на его глазах любовная драма Роуг, которая чуть не толкает её воспользоваться разработанным людьми препаратом от гена икс.

Он ловит её на выходе из Школы, стягивает с руки перчатку и под протестующий крик касается ладонью ладони. И — ничего; тонкое магнитное поле надёжно защищает его тело от воздействия её способностей. В его голосе проскальзывает с трудом сдерживаемая злость, когда он бросает: «Никогда не меняй ничего в себе ради других».

Магнус чётко видит тот самый момент, когда она влюбляется.

И ему бы быть тем самым сознательным взрослым… Но.

У тебя была прекрасная ангельская жизнь: век шел за веком, эпоха сменяла эпоху, а человечки – набедренные повязки на костюмы-тройки.  Порхай и наслаждайся бесконечным сериалом. А потом с тобой случились Винчестеры: двое сумасшедших, никак не способных понять фразу «так предначертано», отказывающиеся верить в судьбу и готовые на пару встать против всего остального мира. Ни капли покорности и смирения. И по какой-то необъяснимой причине ты и сам захотел стать тем, кто выбирает свой путь, а не следует приказу слепо, как всегда было заведено у ангелов. Подцепил от двух жалких людишек эту неизлечимую болезнь под названием «свобода воли», превратившись в верного хранителя для нас с братом. Пусть не всегда все гладко, и временами наши пути и взгляды на "хорошо" и "плохо" слишком сильно расходятся, в критический момент мы можем положиться друг на друга.

Ненавидишь ли ты меня, отец, раз я осмелилась перечить твоему выбору? Или втайне гордишься тем, что я пошла в тебя и решилась следовать зову своего сердца? Я всегда была твоей любимицей, покорной во всём, но в итоге ослушалась твоей воли и сбежала к тому, кого выбрала сама. Надеюсь, когда-нибудь ты поймёшь меня и примешь обратно.
Я скучаю, папа, но не жалею о своём поступке.

Ахерон... Её имя – словно чужая маска, которую она взяла без спроса. Иронично, что оно, как не странно, идеально подошло ей. Ведь это имя словно эхо призрачной реки, текущей сквозь сны и реальность.
Её меч, выкованный из останков богов, не просто оружие, а реликвия ушедших веков, что хранит в себе воспоминания. Лезвие клинка шепчет о том, как всё началось и как погасли звёзды, как тьма поглотила родной мир, погрузив его в Бездну Небытия.
Эти воспоминания отражаются эхом в её снах. В них над рукотворными ребрами, что когда-то были прекрасными городами, навеки застыло небо, укрытое свинцовыми тучами, с которых всегда моросит дождь.
Но эти сны не пугали её. Ведь она давно утратила способность бояться.
Уста её не помнили вкуса. Лишь пустота, лишенная какой-либо услады. Эмоции покинули её. И тем не менее она продолжила свой путь.
Шагая сквозь Бездну в одиночестве, её не сопровождают не ветер, не звери, не даже тени погибших богов – только дождь струится за ней, будто невольный спутник.
Она – последний отголосок Идзумо, последний вздох, застывший меж бытием и забвением. Она – не человек, не богиня, не призрак. Она – Воплощение Небытия. И её имя: Райдэн Босэнмори Мэй.

Моя напарница! Очаровательная и классная! Словом, закрутить хочу такие же отношения примерно, как в сериале, но еще веселее, а потому - много свободы для биографии персонажа. Что важно: что она бывший агент секретной службы и теперь агент Хранилища, она физически подкована, умеет обращаться с оружием, а еще очень умная и начитанная, знает кучу языков, и еще много того, чего лучше ей не знать. А еще у нее куча мягких игрушек. Она разная.
Что по отношениям. Мой персонаж, как видно, вообще-то знаменитый Робин Гуд, но с оговорками. Он бессмертен. В Хранилище работал в 18-19 веках, в какой-то период, потом традиционно исчез. Сейчас снова попадет в Хранилище агентом - как и при каких обстоятельствах, мы придумаем вместе. И да начнется веселье!

Анн Такамаки – белая ворона, чья внешность сыграла с ней злую шутку. Будучи блондинкой и на четверть американкой, она резко выделялась среди сверстников в старшей Школе Шуджин. И если сперва её просто избегали, то затем за её спиной начали ходить разные слухи, которые лишь усугубили ситуацию.
Несмотря на это ей посчастливилось познакомиться с девушкой, которая стала ей лучшей подругой. К сожалению, это лишь начало истории. И эта история имеет весьма… Специфичную развязку.
У судьбы странное чувство юмора. Особенно у той за которой стоит сущность, что простой обыватель назовёт Богом. Благодаря прихоти именно такой сущности, события сложились таким образом, что Анн познакомилась с Рэном, который также стал жертвой ярлыков и предвзятого отношения.
С того самого момента случилось много. Слишком много. Но тем не менее, эти события повлияли на Анн наилучшим образом. И во многом это было связано с Рэном. Тем, кто сперва был просто другом. А затем стал кем-то большим.
Несмотря на замкнутость, девушка отличалась добротой и сострадательностью. Но именно вступление в банду "Призрачных Похитителей сердец" помогло ей раскрыться в полной мере. С уходом былой замкнутости, она стала увереннее в себе, а её сердце воспылало желанием сделать этот мир, чуть лучше. Анн захотела не только спасать людей, но и воодушевлять их.
Она умеет понимать людей и способна улаживать конфликты. Но не стоит думать, что Анн - кисейная барышня. Девушка прекрасно понимает, что добро должно быть с кулаками. И не стесняется в выражениях и действиях. Ведь только так и можно изменить этот мир.

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая или кимвал звучащий.

Дотторе носит клеймо отверженного с гордостью еретика: многие века назад изгнанный из стен Академии за нарушение ее правил, он ответил на это тем, что отринул правила вовсе, и вне их рамок сумел достичь поистине великих вещей. Он очистил свой разум от милосердия, как хирург иссекает больную плоть, и в образовавшейся пустоте родился гений, не обремененный ни совестью, ни состраданием - только острый разум, свободный от оков милосердия, безжалостно пытливый.

Аль-Хайтам же из этих правил возвел вокруг себя идеальный чертог, заперся в нем и объявил себя его единственным жителем. Отринувший эмоции, он полагается лишь на бесстрастную логику; на расчеты и правила, и разум его холоден, как мрамор стен Академии - Дотторе уважает результат, но презирает путь, которым тот был достигнут. Правила для тех, кто не имеет силы их сломать, так говорит он с ленцой, свысока поглядывая на погруженного в чтение секретаря, и тот чуть ведет пепельной бровью: ломают правила те, отвечает он, не отрываясь от книги, кто недостаточно гибок, чтобы существовать в их рамках.

Тогда Дотторе запоминает его имя - Аль-Хайтам, и покидая Сумеру думает, что этот добьется многого - весть о том, что желавший покоя секретарь Академии вместо него получил власть, настигает его уже на пути в Снежную.

Один стал хищником, терзающим стадо, другой — пастухом, со стороны присматривающим за ним; они глядят друг на друга и каждый видит искаженную версию себя: между еретиком и мудрецом, в конечном итоге, больше общего, чем им обоим хотелось бы признать - они два ответа на один вопрос, два исхода одного опыта. Дотторе — это то, чем становится человек, убивший свое сердце; Аль-Хайтам — то, чем становится человек, посадивший его под замок. Дотторе - страсть, отбросившая правила, Аль-Хайтам - правила, отрешившиеся от страстей; Аль-Хайтам — тот, кем мог бы стать Дотторе, удовлетворись он ролью ученого в башне из слоновой кости; Дотторе — тот, кем мог бы стать Аль-Хайтам, если бы его холодная любознательность переросла в ненасытную жажду познания, не брезгующую никакими средствами; они смотрят друг на друга с обоюдным презрением и затаенным любопытством.

И ждут следующего шага.

Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто.

его шаг на порог бара "один звонок", ознаменовал звон уже опостылевшего колокольчика. в глазах джека считывался привычный патерн боли. он некогда и в глазах рейвен пылал алым. очередная история про [умершую жену, сына, дочь _ нужное подчеркнешь]. она предоставила возможность, какую и всем прочим посетителям бара. звонок на тот свет, за который тотчас будет выставлен счет. одна минута — одна пуля в барабане вычурного кольта с белой рукоятью. поначалу джек посчитал барменшу чокнутой, но пара рюмок виски и острая душевная боль сделали свое. сопли, слюни по телефону и заветное.

дверь на замок, и вот уже джек пленник бара. ему еще есть к кому возвращаться и стреляться ох как не хочется. вот так в баре на одного жителя стало больше. впрочем рейвен теперь есть с кем поговорить. а с другой стороны, джек это не зачеркнутая палочка в списке табло на стене. расплатиться рано или поздно все же придется, а пока, он частенько мешает работе барменши и старается отговорить посетителей от звонков, что не может не бесить.

на самом деле мне нужен друг на конец света, тот что не смог спустить крючок по тем или иным причинам и стал пленником мистического бара. все прочие отношения мы выясним непосредственно лично и процессе игры. но как уже можно понять — это буквально игра тет-а-тет на постоянной основе, так как мы заперты в одном помещении и захожие люди чаще покидают это место ногами вперед.

Статус: все сложно
Когда мне было 15, ты спас меня от демона, правда я тогда понятия не имела кто это, честно сказать до сих пор не имею ни малейшего представления о сверхъестественном составляющем этого мира. Но мне тогда повезло, очень. И я влюбилась, это была настоящая любовь, первая и самая чудесная, но так уж вышло, что я с самого начала должна была принадлежать другому. Отдать должное, я никогда об этом не знала, поэтому наш бурный роман был для меня глотком свежего воздуха в знойный день, нас тянуло друг к другу с невероятной скоростью, быть может даже сильнее, чем Сапсан рвётся в Питер.
Но во всех сказках есть конец, не так ли?
Тебе тогда было 18, ты мечтал о славе, своей рок-группе, концертах, но меня там не было... Я должна была остаться, думать о будущем, а ты, решил уехать, чтобы попытать счастье на другом континенте, тебе это удалось?
Спустя пять лет, ты вновь вернулся в наш город, мы встретились случайно, быть может если бы не моя задержка на учебе этого не произошло, но судьба вновь нас свела, знать бы только для чего.
У тебя сложный характер, ты привык упорствовать и добиваться своего, вероятно это отличная черта, чтобы поймать успех. Ты редко сопротивляешься эмоциям, не повторяешь дважды и не любишь отказы, но надо сказать образ плохого парня тебе идеально подходит.

Девочка моя, ты даже не представляешь, как много боли причинила мне. Я родила тебя и была вынуждена отдать чужим мне людям, поверив, что они позаботятся о тебе. Ты называешь меня "тетя Ванда", а мое сердце разрывается. Я иногда помогаю тебе разобраться со своими способностями, да и вообще стараюсь проводить больше времени с тобой. Ты считаешь мамой другую, но я стараюсь её заменить_ вытеснить её из твоей жизни. Ты так похожа на меня, что мне страшно — ты не должна повторить моих ошибок. Ты будешь лучше меня. Я схожу с ума от желания открыть тебе правду, моя милая, но ты должна понимать, почему я не могу этого сделать. Ты это когда-нибудь поймешь.
И, я надеюсь, что не возненавидишь меня, когда узнаешь правду.

Ты находишься в подвале, прикованная к дальней стене толстой холодной цепью. Ты не знаешь, почему всё так. Воспоминания размыты, ты даже не помнишь собственного имени. Подвал тёмный, воздух в нём затхлый. Твоё заветное желание - вырваться на свободу, ради чего ты готова на всё. Единственный твой посетитель - огромное, смутно похожее на птицу существо, окутанное тенями, владеющее острым кинжалом, которое то и дело жутко смотрит на тебя по несколько минут, быстро меняется в характере и временами источает угрозу казалось бы без причины. Остаётся только нервно гадать, чем же по итогу обернётся для вас эта встреча?

По правде говоря, ты - часть зарождающегося божества, которое возникло, когда некий Создатель разделил овеществлённую концепцию круговорота жизни и смерти на две части. Ты олицетворяешь хаос и перемены, в том числе смерть и перерождение. Божественное имя твоей главной формы - Движущаяся Земля. Ты была заперта со своей второй половинкой в Конструкте, чтобы эта половинка убила тебя и избавила мир от смерти. Но ты всё-таки надеешься, что она в конце концов сделает правильный выбор.

Отношения между нами: всё сложно. Мы можем сомневаться друг в друге, сближаться, конфликтовать, пытаться друг друга убить в конце концов. Наше взаимодействие подобно танцу жестокости и страсти. Тем не менее, сколько бы между нами не было противоречий, мы всегда неизменно тянемся друг к другу. Потому что мы - две половинки единого целого. И наша история - это история о любви.

Ши Цинсюань – это яркий свет, заполняющий собой все пространство, теплый и уютный, как будто окунаешься в нежное солнышко или наоборот, сжигающий все на своем пути, если вдруг не повезет вызвать гнев…

Именно поэтому, рядом с тобой самый мрачный день становится как будто бы светлее, а печаль отступает, и даже Посмешище трех миров вдруг улыбается вполне себе искренней улыбкой. Ведь ты один из немногих, если действительно не единственный, из всех Небожителей, кому наплевать. И я очень ценю то, что тебя не волнует мой статус, количество последователей или храмов, что ты готов заступиться за меня даже перед сильными мира… не ради того, чтобы насолить кому-то и не ради выгоды, а просто потому что.
Ты смог расположить к себе даже Собирателя цветов под кровавым дождем, а если вдруг снова услышишь от него, что ты ему совсем не нравишься, знай – этот демон самым наглым образом тебе врет, потому что его веселит твоя очаровательная реакция. Он об этом сказал мне по секрету, прямо на ушко нашептал, а вот сдаю со всеми потрохами. А знаешь почему? Потому что ты мой лучший друг, подруга, почти что брат.
Я не могу точно сказать, когда случилось так, что Фэн Синь и Му Цин «ушли со сцены моей жизни» (хотя кому я вру, я могу описать это время с точностью до мгновения), но легко расскажу о том, как место моего ближайшего друга занял ты. Вот существует такая штука, как любовь с первого взгляда, а есть еще и дружба с первого взгляда – и наша с тобой как раз и есть результат этого действа. Ведь по незнанию спутав тебя с девушкой, я подписал своему одиночеству смертный приговор.
Впрочем, такой же приговор подписал и самый тихий, мрачный и неприметный из Великих Бедствий, хотя… это уже ваша с ним история, только между вами, но ты ведь понимаешь, что не просто так, он сохранил и починил твой веер? Поделился силой, чтобы дать тебе возможность использовать его и продолжает по-тихому ворчать в твою сторону? Понимаешь, правда? А все потому, что…

Ши Цинсюань – это ветер, вышибающий из тебя дух и заставляющий задыхаться и судорожно глотать ртом воздух или ласковый ветерок, такой же невесомый и мягкий, нуждающийся в чьих-то сильных руках, способных удержать тайфун.

Подруга дней моих суровых, голубка дряхлая моя... убери меч немедленно, шучу я! Сколько мы с тобой знакомы, а ты так и не привыкла к моему чувству юмора? Помнишь, как мы с тобой гуляли по райскому саду, обсуждая добродетели, а сейчас соревнуемся, кто больше смертных соблазнит, что же с нами случилось? Но знаешь, я не жалею ни о чём. Ты пала раньше, чем я, и ты же первая помогла мне освоиться в новом для меня мире. Наша дружба стала только крепче в чертогах Ада и... интереснее. Но мы об этом никому не расскажем, правда?