По легенде он просто владелец зала тхэквондо, но на деле он бывший чемпион по тхэквондо и бывший секретный агент.

Серьёзный и жуткий — это его «рабочий режим». Когда он в деле, он как машина для убийств в дорогом костюме. Лицо каменное, глаза холодные, движений лишних. Он раскидает десятерых, даже не запыхавшись, и при этом поправит галстук, будто просто пыль стряхнул. В эти моменты ему веришь беспрекословно — он действительно опасен.

Он обожает троллить Ким Су Хёна (гг). Придирается к его одежде, к его плану, язвит так, что у самого уши в трубочку сворачиваются, а сам сидит с невозмутимой рожей. Или выдаст что-то абсурдно-самоуверенное в абсолютно серьёзной ситуации — и это дико смешно, потому что он говорит это без тени улыбки.

Неловкость — это его ахиллесова пята. Он гениальный стратег и убийца, но как только дело касается человеческих чувств или бытовухи, он выключается. Кто-то скажет ему комплимент — он зависнет и переведёт тему. Его пытаются обнять — он стоит как истукан и не знает, куда деть руки. Или попытается проявить заботу, но сделает это так коряво и с таким каменным лицом, что это выглядит неловко до зубного скрежета.

Любовь вообще оказалась на редкость странной штукой.
За несколько столетий Магнус успел убедиться, что она умеет вдохновлять ничуть не хуже, чем ломать. Причём второе почему-то получалось значительно легче. Люди клялись друг другу в вечности, обещали не отпускать, строили планы на годы вперёд, а потом приходило время, судьба или очередная война — и всё заканчивалось. Иногда быстро. Иногда настолько медленно, что никто уже не мог вспомнить, в какой именно момент стало больно. Он видел подобное столько раз, что давно перестал считать. Когда живёшь достаточно долго, начинаешь понимать: даже самые сильные чувства не способны удержать отношения, если однажды делать шаги навстречу продолжает только один человек.
Когда-то Магнус наверняка рассмеялся бы в лицо тому, кто сказал бы, что однажды он сам добровольно поставит точку. Не потому, что разлюбил. Если бы всё было так просто, древний фолиант сейчас спокойно пылился бы на полке. Просто любовь, как выяснилось, не избавляла от усталости. От бесконечного ожидания. От разговоров, которые каждый раз приходилось начинать самому. От надежды, что в следующий раз всё будет иначе. Наверное, даже бессмертие не делало человека бесконечно терпеливым.
Пальцы неспешно скользят по пожелтевшим страницам, задерживаясь на знакомых символах. Заклинание было до смешного простым. Несколько слов — и связь между ними исчезнет. Если захочет, можно стереть и воспоминания, оставив после себя лишь смутное ощущение, будто когда-то в жизни существовал кто-то важный. Магнус не был уверен, что сможет зайти настолько далеко. Даже сейчас сама мысль казалась почти невыносимой.
Магнус невольно усмехается.
За столько лет он пережил войны, восстания, охоту на магов, предательства, потерю друзей и не одну разбитую любовь. А в итоге сильнее всего его вымотала вовсе не очередная катастрофа, а постоянное чувство, будто отношения медленно рассыпаются у него на глазах, пока он отчаянно пытается удержать их обеими руками.
Ладонь ложится на страницу, чувствуя, как под пальцами лениво откликается магия. Стоит произнести заклинание — и всё наконец закончится. Не придётся больше убеждать ни себя, ни Александра, что ещё не поздно всё исправить. Не придётся снова искать нужные слова или делать вид, будто очередное молчание совсем не задело. Магнус слишком долго надеялся, что однажды перестанет чувствовать себя человеком, который всё время идёт навстречу, а в какой-то момент понял: ждать больше нечего.
И всё же начать оказалось неожиданно трудно.
Губы уже готовы произнести первые слова заклинания, когда тихий звук открывшейся двери заставляет замереть раньше, чем магия успевает сорваться с языка. Оборачиваться не приходится.
За всё время, что Александр был рядом, Магнус научился узнавать его присутствие почти так же легко, как собственную магию. По едва слышным шагам, по изменившемуся воздуху, по тому необъяснимому ощущению, которое неизменно появлялось где-то внутри раньше, чем разум успевал объяснить происходящее.
Пальцы сами собой замирают над страницей.
Это раздражает. Ещё несколько минут назад решение казалось окончательным. Он успел прокрутить его в голове десятки раз, убедить себя, что так действительно будет правильно. Что однажды нужно перестать цепляться за то, что давно трещит по швам, но стоило Александру оказаться рядом, как вся эта уверенность начала рассыпаться.
  Магнус медленно закрывает книгу, так и не убирая ладонь с потёртой обложки. Смотреть на Алека сейчас не хотелось почти так же сильно, как продолжать начатое. Потому что стоило встретиться с ним взглядом — и пришлось бы честно признать вещь, которую он так старательно пытался от себя скрыть.
Он не хотел отпускать. Он просто устал быть единственным, кто продолжал удерживать их обоих.

Крис определённо любит свою работу, несмотря на все сложности и порой некоторое желание сменить место работы. Но, наверное, в любой сфере есть разные минусы, которые неизбежно появляются, когда ты работаешь в подобной сфере. Дело не только в большой нагрузке, которая, безусловно, намного меньше, чем у его (и не только его) подопечных, но и в характере этих людей, которые зачастую бывают непростыми, поэтому иногда этих людей можно понять и в какой-то степени оправдать.

В обязанности менеджера, помимо прочего, входит безграничное терпение, потому что часто приходится становиться психологом и советчиком для своих подопечных, помогая им справляться с давлением, связанным с популярностью и публичной жизнью. Несмотря на частое желание стукнуть особенно зазнавшегося или наглого артиста, Крис сдерживается, ведь он всё-таки не из тех людей, которые применяют насилие. Не только потому, что это уголовно наказуемо и может поставить крест на карьере, но и потому, что он просто не такой.
Некоторые приёмы самообороны Крис применяет только к тем, кто считает «простого менеджера» легкодоступным и нагло пристаёт к нему — к счастью, это бывает редко. Ли надеется, что его новый подопечный не окажется капризным и избалованным, несмотря на своё высказывание. Может быть, он всё же вежливее, чем кажется? Ведь как поприветствовал его, может быть, он действительно самый приличный мальчик. Неужели он не такой, каким его описывали перед тем, как Крис дал своё окончательное согласие?

— Они разве для чего-то ещё нужны? Эти менеджеры? — к счастью или не очень, Крис порой слишком хорошо слышит чьи-то слова, поэтому в ответ на фразу только закатывает глаза, вздыхая, пока его не видят. Мужчина уже работал с подобными экземплярами и привык к ним, хотя до последнего надеялся, что хоть на «старости» лет ему удастся отдохнуть.

«Друзья», находящиеся рядом с ним, пока не внушают доверия. Подавив желание огрызнуться и мысленно закатив глаза, Крис сохраняет спокойное выражение лица и с небольшой улыбкой наклоняет голову в приветствии.

— Здравствуйте. С этого момента я ваш новый менеджер, Крис Ли. Приятно познакомиться, надеюсь, мы сработаемся, — говорит он, едва заметно наклоняясь. Несмотря на преждевременную радость от вежливого обращения и того факта, что Джон тоже кореец, мужчина всё ещё старается не спешить делать окончательные выводы, особенно после того, что услышал краем уха. Возможно, те парни тоже не так плохи, как он себе надумал, ведь их разговор звучит вполне обычно для парней их возраста, хоть и может быть слегка неприятно.

Для Криса главное — чтобы Джон оказался адекватным при дальнейшей работе, несмотря на слухи. А остальные... Да в принципе, на них наплевать, пока не начинают доставать. Но ощущение складывается такое, что не нужно вестись на этот взгляд ангелочка, который не отпускал ту фразочку некоторое время назад, и что Крис ещё успеет хлебнуть полную чашу. Немного радует только тот факт, что Ли всё же закалён в какой-то степени и его не так легко вывести из себя. Хотя чувствуется, что за этим взглядом скрывается тот ещё дьяволёнок, который откроет новые грани терпения своего менеджера и окажется, что тот не такой уж и терпеливый.