FLIP FLOPS
Сообщений 121 страница 126 из 126
Поделиться1212026-09-08 20:11:21
Ник ищет другана
имя фамилия - 33-35 - хакерJared Padalecki
Мы познакомились в Нью-Йорке, когда я ещё таскал портфель и верил, что буква закона - это святое. А ты был полной моей противоположностью. Закон для тебя ничто, взломать систему – ДА! Пойти против системы? ДА ДА и ещё много раз ДА. Ты не просто хакер, ты мозг. Ты за секунду найдёшь ответ там, где другие будут ломать голову месяцами. И я, честно говоря, по-своему это использовал.
Порой ты помогал мне выигрывать дела, откапывая для меня то, что нельзя было найти. Сливки компромата: кредитные истории присяжных, удалённые мейлы оппонентов. Всё это было моим главным оружием. У нас был отличный дуэт, я не просто платил тебе за это, но и прикрывал твою задницу, когда надо было – выступая твоим адвокатом (безвозмездно). За годы совместной работы, мы крепко сдружились, но когда мою жизнь накрыло руинами, я решил, что дальше пойду один. Не сказав никому ни слова – уехал из Нью-Йорка не попрощавшись.
Для того, чтобы узнать причину, тебе не надо было мне звонить. Достаточно было открыть свой ноут и вот ты уже в курсе последних событий. Ты понимал, не осуждал и принимал. Знал, что рано или поздно мы снова встретимся.
Что ж…это поздно наступило, да, дружище?
Сейчас ты в бегах.
Ходят слухи, что ты хакнул не ту федеральную базу, пытаясь помочь какому-то бедолаге, но в итоге закопал себя по самую жопу, и единственным выходом для тебя было попрощаться с шумным городом и залечь на дно. Ты не придумал ничего лучше, как свалиться на мою голову. Отследил мой последний биллинг до той точки, когда мой сотовый был ещё в сети и потом путём не хитрого анализа вычислил, что я в Тампе. Ты был последним, кого я ожидал увидеть на пороге своей мастерской, но ты знал, что я всегда прикрою твою задницу, и не важно сколько времени прошло с нашей последней встречи.
дополнительно:
P.S: в целом это лишь зарисовка, всё остальное на твой откуп! ты можешь раскрутить историю ещё глубже или добавить каких-то сторонних проблем! крути-верти, как хочется, тут я тебя всегда подхвачу, если надо будет
P.S.S: у нас очень активный форум и крутые ребята! всегда движ и поверь, в игру помимо меня утащат ещё и другие/ оденут, а некоторые ещё и разденут
P.S.S.S: а ещё у меня с сестрой есть альт по «дому восковых фигур»! залетай к нам, а? обещаю, в этот раз тебя не зальют воском, мы придумаем свою альтернативную версию и надерём всем задницу
Поделиться1222026-09-10 08:23:30
Даника ищет ПРОТЕЖЕ
Мирра — 19-21 — помешеннаяsophie thatcher
Она родилась внутри веры, как рождаются в клетке, не зная, что снаружи есть чистое небо.
Родители принадлежали религиозной Общине. И она принадлежала тоже - со своего первого вдоха, ещё до того, как научилась выговаривать слово «мама». Впрочем, там не было матерей и отцов - только братья и сёстры, Пастырь, Глас, который вещал через него, что правильно, а что грех. Детство Мирры пахло воском, грязными телами и странным сладковатым дымом, от которого мысли её становились ватными и послушными.
Её учили покорно молчать и опускать взгляд в пол. Внушали, что «Я» - первородный грех, а личность - опухоль, которую нужно вырезать смирением. И знаете, у них ведь почти получилось. Мирра стала пустой, тихой, прозрачной девочкой, которая проходит сквозь мир, не задевая его краёв. Но с ней всегда было что-то не так. Даже там, среди людей, верующих в то, что их жизнь принадлежит Пастырю, сосуду Божьему.
Что с ней не так? Она цепляется. Если что-то попадает ей в голову - оно остаётся там на веки вечные, разрастается, заполняет собой всё её естество. В детстве Мирра могла неделями считать трещины на потолке хибары, где они спали; повторять одно слово, пока оно не переставало им быть; смотреть на пламя свечи так долго, что сёстры оттаскивали её силой.
Пастырь говорил, что это - «одержимостью бесами»: бил, запирал, проводил ритуалы очищения и молился над ней, пока не садился голос. Ничего не помогло.
Ум Мирры изначально устроен иначе - он не умеет любить понемногу, только тонуть и растворяться в чём-то без остатка. Когда она находит то, за что можно ухватиться, окружающий мир сужается до одной точки, и всё остальное перестаёт существовать и иметь хоть какую-нибудь ценность.
В Общине её болезнь была проклятием, а потом она встретила Данику …
Она сбежала. Или её просто-напросто выбросили - Мирра до сих пор не уверена. Мир снаружи оказался громким, быстрым и пугающим. Она абсолютно не умела в нём жить, поэтому снова стала прозрачной, только теперь никто не молился, нависая над ней – её просто не замечали.
Серра заметила.
Нет, она не спасла её, не пожалела, как юродивую. Она – увидела, и посмотрела так, будто оценивала: сгодиться ли Мирра на что-нибудь, или проще перешагнуть её, как мусор на тротуаре. От Даники пахло сигаретами и сталью, и этот запах вошёл в неё и остался, как тот самый сладковатый дым из детства, что дурманил. Только теперь Мирра не желала, чтобы он выветривался.
Её «болезнь» учуяла свою добычу. Всё, чем она являлась, вся та пустота, голодная способность тонуть в одном, нашли свою цель. Мир снова сузился до одной точки, и на этот раз точкой стала Серра.
Мирра начала повторять за Даникой: как она держит спину, как щурится, как выдыхает дым, как замолкает перед тем, как сделать кому-то больно. Она копировала её жесты перед зеркалом, часы напролет, пока отражение не начинало казаться ей - её отражением. Раньше Мирра с таким остервенением повторяла молитвы. Разница заключалась лишь в том, что молитвы никогда не смотрели в ответ, а Серра - смотрит.
И когда она смотрит, Мирра перестает быть прозрачной, она обретает вес, форму, границы. Кожу, которая отчего-то теплеет, стоит взгляду Даники задержаться на ней. Она внушает себе, что это преданность, что так ученица смотрит на наставницу, так неофит смотрит на того, кто открыл ему истину. Но никакая истина раньше никогда не заставляла её забывать дышать.дополнительно:
Не смотря на предысторию выше, я не вижу Мирру — пай-девочкой. Её пытались сделать такой, ограничивали, туго стягивая ошейник, но когда она оказалась один на один с большим миром, взяв "на прицел" Данику, её бесцветная личность начала окрашиваться яркими, необузданными, психоделическими красками. Покладистая она только с Серрой, как с объектом одержимости. И то, её покладистость всегда имеет свою корысть, которую Мирра тщательно скрывает от всех, но в первую очередь — от себя. Мне нужна сумасшедшая девочка для безумных отыгрышей. Хочу расшевелить себя на игру и попробовать что-то новое. По всем вопросом в лс-ку. Я не кусаюсь, если только сами не попросите с;
Поделиться1232026-09-22 07:29:46
Джеймс ищет ТУ, ЧТО ВСЕ РАЗРУШИЛА
lily — 21 — студенткаAbigail Cowen
До тебя я не верил в любовь. После тебя я тоже не верю в любовь. Твоя мама давно в разводе, она флористка, и вы никогда не жили богато. Ты сама поступила в тот университет, в который хотела. Там ты нашла друзей, и меня на свою голову. Поначалу я делал вид, что мне на тебя плевать, но жизнь все время сталкивала нас. Мы все больше сближались, пока не влюбились и не начали встречаться. Я очень не нравился одному из твоих друзей. Он вечно пытался настроить тебя против меня. Я пытался убедить тебя в том, что он просто хочет тебя, но ты не верила и вечно его выгораживала. Мы часто ссорились из-за него. На одной из вечеринок, на которую ты пошла в момент нашей очередной ссоры, я нашел тебя в постели с ним. Спойлер: ты перебрала с алкоголем, но окончательно тебя вырубила волшебная таблеточка, которую бросил в твой коктейль тот самый друг. Мы феерично расстались, и ты уехала на целый год во Францию по обмену студентами. И вот ты вновь возвращаешься. Я все тот же Джеймс, который меняет девушек одну за другой, спорит на них, но ты все еще помнишь меня другого. Мы никогда не афишировали наши отношения перед родителями, и они поступили аналогично. Оказалось, что весь этот год они встречались, и вот теперь женятся. Мы станем одной счастливой семьей. Только вот я все еще ненавижу тебя за измену, ведь мы оба не знаем, каким способом ты попала в ту злополучную постель. Когда-нибудь правда вскроется, и что тогда мы будем делать, а?
дополнительно:
Заявка в пару. Посты пишу от 1 лица, примерно от 4 тыс символов. Того же хочу и от партнерши. Данная девушка уже отыгрывалась до этого и вам придется скорее всего почитать немного игру, либо мы начнем заново, думаю решим вместе уже с потенциальным игроком. Хотелось бы увидеть в личку пример поста (ну или хотя бы кусочек), чтобы понимать сможем ли сыграться. Я не любитель всяких скобочек, нижних подчеркиваний, предложений с маленькой буквы и постов, в которых куча воды. Я за привычно читаемый текст. Без обид. У всех свои вкусы. Игра предстоит очень эмоциональная, от ненависти до любви и обратно. Желательно, чтобы вы не падали в обморок от перспективы отыгрыша нц хд
Поделиться1242026-10-15 12:46:59
ЭНЦО ЖДЕТ ЖЕНУ, А ЛАВ МАМУ (ОБА НА ФОРУМЕ)
[html]<center><div class="isobr"><img src="https://upforme.ru/uploads/001c/8b/a8/556/246918.gif"></center>[/html]
[html]<div class="nyz-nm">ищу жену и Лав ждет маму</div>[/html]
Марибель Ривера - 40
когда-то певица в маленьких клубах, сейчас живёт случайными заработками, временными подработками, чужой добротой, внезапными идеями и вечным обещанием «начать всё сначала»salma hayek
![]()
Сторона А. Энцо
В первый вечер я дважды перепутал твоё имя. Ты сказала, что для продолжительного знакомства мне стоило бы освоить хотя бы семь букв. Потом отобрала водяной пистолет у ребёнка, испортившего тебе блузку, и облила его с головы до ног. Я решил, что ты невыносима. Через некоторое время уже покупал твой кофе, даже когда тебя не было в городе. Вот примерно так, Марибель, мы и влипли.
Ты родила Лав в семнадцать, ещё толком не успев побыть собой. Хотела петь, носить красивые платья, однажды увидеть своё имя на афише, а получила меня, счета и дом, в котором кто-нибудь постоянно плакал, терял второй ботинок или хотел есть. Потом нас стало семеро. Ты выходила на маленькие барные сцены и заставляла людей замолчать одним голосом, а я искренне считал, что чинить машины, приносить деньги и любить вас где-то внутри вполне достаточно. Особенно удобно в это верилось после третьей бутылки.
Ты уходила за другой жизнью, я прятался от нашей в выпивке, а Лав тем временем училась готовить на всех и отвечать младшим, когда вернётся мама. У нас с тобой всегда находились причины, Мари. У неё почему-то находились чистые вещи для детей, деньги на хлеб и силы встать утром. Я могу злиться на тебя за исчезновения сколько угодно, но рядом с твоим пустым местом за столом слишком часто пустовало моё.
И всё-таки я помню тебя до всех этих разговоров. Как ты смеёшься, когда действительно смешно. Как становишься тише, когда по-настоящему злишься. Как от тебя пахнет дымом и ванильным кремом, как ты босиком танцуешь на кухне, где давно пора помыть пол. Ты возвращаешься с новой историей о человеке, который наконец услышал твой голос, и я каждый раз хочу поверить. Наверное, ещё и потому, что мне самому отчаянно нужен кто-нибудь, способный поверить в моё очередное «я всё исправлю».
Мы можем снова поругаться из-за денег, вспомнить всё самое гадкое, что успели друг другу сделать, и закончить вечер в разных концах дома. А можем однажды договорить. Например, о том, кем ты хотела стать и когда я перестал об этом спрашивать.
— Только давай без «завтра», Марибель. Сядь. Я пока трезвый, ты пока дома. Воспользуемся моментом.
Сторона Б. Лав
Мам, я узнаю твои возвращения по звуку пакетов. Ты всегда приносишь что-нибудь сладкое, будто пропущенные недели можно раздать детям вместе с шоколадом. Потом целуешь нас в макушки, называешь «mi amor», включаешь музыку — и я стою посреди кухни, злая до дрожи, потому что младшие уже смеются. Потому что ты действительно по ним скучала. Потому что я тоже хочу обнять тебя, хотя ещё утром репетировала совсем другой разговор.
Ты научила меня петь раньше, чем я научилась рассчитывать на себя. «Пой так, будто тебе есть что терять», — говорила ты, и я запомнила. Теперь у меня твой голос, свои песни и привычка проверять, хватит ли дома продуктов до следующей зарплаты. Когда люди говорят, что я похожа на мать, я благодарю их. Иногда с таким выражением лица, что они торопятся сменить тему.
Я помню хорошее, мам. В этом вся проблема. Помню, как ты убирала волосы с моего лица, как танцевала со мной до головокружения, как могла выслушать, защитить, рассмешить целый дом. Я знаю, какой ты умеешь быть. Поэтому каждый раз, когда ты снова исчезаешь, мне приходится заново объяснять себе, почему этого опять оказалось недостаточно, чтобы остаться. А потом ещё объяснять Луне. Для неё я обычно придумываю версию помягче.
Я вижу, как ты смотришь на меня, когда я пою. Иногда думаю, что ты гордишься. Иногда — что тебе больно слушать. Мне хочется, чтобы ты дождалась конца выступления, подошла и сказала хоть что-нибудь без обещаний познакомить меня с очередным человеком, который «всё устроит». Можно просто: «Я тебя слышала». Можно обнять. Только потом не пропадать.
Ты боишься, что потратила на нас жизнь, в которой могла стать кем-то другим. А я боюсь однажды обнаружить себя с сумкой у двери и понять, что тоже больше не могу. Наверное, поэтому я так злюсь, когда ты называешь меня сильной. Мне хочется спросить, кем бы я выросла, если бы могла иногда побыть слабой рядом с тобой.
Я пока не могу простить всё сразу. Зато всё ещё знаю, какую кружку достать, когда ты входишь на кухню.
— Сними куртку, мам. Поешь с нами. Только не обещай, что теперь навсегда, ладно? Давай сначала до утра.
дополнительно:
Мы очень ждем! Хочется играть семейные конфликты без морали, болезненную любовь, сцены возвращений и срывов, музыку, старые обиды, попытки примирения, взаимную вину, ревность к несбывшейся мечте и очень много живой, грязной, настоящей семейной драмы.Марибель не обязана быть исправленной. Она может пытаться, срываться, снова обещать, снова ломать, снова любить. Мне интересно играть не идеальное примирение, а сложную связь, где любовь не отменяет боли, а боль не убивает любовь до конца.
Важно: занять роль ради роли, ради оного поста в месяц или внешности не получится. И дочь, и отец - оба достаточно активные игроки. Задумками, игрой и графикой обеспечим, как и любовью, поддержкой, обсуждениями и уважением.
Поделиться1252026-10-27 15:52:57
ищем семью Ривера
Заявка от Лав, Энцо и Марибель.
Мы оба уже в игре и очень ждём свою семью ❤В доме Ривера редко бывает тихо. Кто-то занимает ванную неприлично долго, кто-то доедает чужой ужин, кто-то снова пришёл без предупреждения и теперь возмущается, что его не ждали. Здесь умеют ругаться через весь дом, мириться за тарелкой разогретой еды и понимать по одному «ты где?», когда действительно нужно бросать всё и ехать.
Когда-то этот дом был совсем другим. Марибэль пела на кухне, Энцо кружил её между столом и холодильником, гости задерживались до утра, а детям разрешали заснуть прямо на диване среди чужих курток. Родители любили друг друга шумно, щедро, совершенно безрассудно. Казалось, такой любви хватит на всё: на пятерых детей, на неоплаченные счета, на очередную неудачу и на любую жизнь, которая ждёт впереди.
Не хватило.
Постепенно в доме стало больше пустых бутылок, долгов и разговоров о том, что со следующего понедельника всё обязательно изменится. Родители исчезали, возвращались, просили поверить ещё раз. Дети учились различать обещания по голосу, считать деньги раньше, чем им следовало об этом задумываться, и придумывать младшим объяснения, которые звучали бы не так страшно, как правда.
Лав слишком рано стала человеком, который знает, что осталось в холодильнике, кому завтра в школу и почему снова звонят незнакомые люди. Остальные взрослели рядом — каждый по-своему справляясь с тем, что происходило дома. Кто-то брал на себя лишнее, кто-то сбегал, кто-то мечтал однажды уехать так далеко, чтобы больше никогда не выбирать между нужным и необходимым.
Но друг друга они всё-таки сохранили.
С этим тоже не всегда красиво. Можно месяц не отвечать на сообщения, а потом приехать ночью с пакетами продуктов. Можно сказать сестре что-нибудь отвратительное и через час молча поставить возле неё чашку чая. Можно ненавидеть отца за очередной срыв и всё равно испугаться, когда он слишком долго не приходит домой.
У Ривера много взаимных претензий. Ещё больше общих воспоминаний, дурацких привычек и любви, с которой никто толком не умеет обращаться. Они могут довести друг друга до белого каления, но чужому человеку лучше очень хорошо подумать, прежде чем тронуть кого-то из них.
| shawn mendes Матео «Тео» Ривера — 22 год |
Младший брат Лав. Человек, который способен обаять кого угодно, кроме сестры, уже третий раз спрашивающей, где его носит.
Матео с детства умел нравиться людям. Улыбнуться в нужный момент, заговорить зубы, превратить неприятность в историю, над которой потом смеются всей компанией. Там, где Лав начинала составлять план спасения, Тео уже находил открытое окно. Он довольно рано решил, что родителей всё равно не переделать, и перестал тратить жизнь на ожидание, когда они наконец возьмутся за голову.
С собственной жизнью, правда, тоже пока получается так себе.
Автомастерские, стройки, бары, работа в порту, доставка, выступления с местными группами — Матео умеет понемногу почти всё и нигде не задерживается настолько, чтобы это стало похоже на устойчивость. Может неделю пахать без выходных, заработать приличную сумму, а потом обнаружить, что до конца месяца ещё далеко, денег уже нет, зато было весело. На вопрос о планах обычно отвечает так уверенно, что хочется поверить. Особенно если не знать его с рождения.
С Лав у них бесконечная война за право быть взрослым на собственных условиях. Она злится, что ему удаётся уйти и не оглядываться на каждую домашнюю проблему. Он злится, что рядом с ней снова оказывается мальчишкой, которому нужно отчитаться. Разницы в возрасте всего два года, но иногда кажется, что они выросли в разных семьях.
Тео очень любит сестёр. Просто это редко выглядит как своевременный ответ на сообщение или выполненное обещание. Скорее как внезапное появление посреди ночи, еда на всю семью, починенный холодильник и последние деньги, сунутые Лав в ладонь с раздражённым: «Да возьми ты, господи». А потом он опять исчезнет, потому что оставаться рядом в обычные дни ему почему-то сложнее, чем приехать в самый страшный.
С Энцо всё особенно непросто. Матео слишком хорошо знает, что именно его бесит в отце, и слишком часто замечает знакомые черты в себе: обаяние вместо объяснений, шутку вместо извинения, уверенность, что завтра он обязательно всё исправит.
Больше всего Тео боится однажды обнаружить, что всё-таки стал Энцо. И пока совершенно не понимает, что нужно делать иначе.


















